Нумизматика и геральдика

Геральдика в средние века — свод сведений и правил о гербах — эмблемах, символических изображениях, служащих отличительным признаком отдельного лица, рода, учреждения, города, отдельных территорий или государства. Со второй половины XIX в. — историческая дисциплина, изучающая герб как исторический источник. Ее название происходит от слова «герольд» (позднелат. heroldus — глашатай, ведавший средневековым рыцарским турниром, возглашавший имена, описывавший внешний вид рыцарей и прославлявший подвиги участников состязания. В XI—XIII вв. на рыцарском одеянии и щитах появились гербовые изображения, по которым только и можно было распознать закованных в латы рыцарей, а в XIV в. шлемы нередко стали украшаться гербовыми фигурами. Слово «герб» происходит от средневерхненемецкого «Erbe» — наследство (гербовые изображения передавались обычно вместе с владениями из рода в род). В России слово «герб» встречается впервые в 1644 г., будучи заимствовано из Польши, а использование гербов как таковых начинается с конца XVIII в.

В последнее время в нашей литературе утвердилась как самостоятельная вспомогательная историческая дисциплина эмблематика — область знаний о эмблемах, символах и знаках принадлежности, собственности (знаки собственности, родовые знаки, товарные и фирменные знаки и т. п.)

Эмблематика и геральдика тесно связаны друг с другом. Эмблемы — предшественники герба, и правильнее было бы говорить о единой исторической дисциплине — геральдике. Как правило, в эпоху развитой геральдики гербы могут содержать несколько эмблем (гербов), следствием чего было появление гербов двупольных, трехпольных, четырехпольных и многопольных. Герб наиболее тесно связан с генеалогией, что отразилось в появлении оригинального тезиса Ю. В. Арсеньева о геральдике как о вспомогательной дисциплине генеалогии.

В этом отношении наиболее близки гербам родовые знаки: например, родовые знаки Рюриковичей на златниках и сребрениках Древней Руси, родовые знаки Багратионов на ряде грузинских монет XIII — начала XIV в. Отличительная черта почти всякого герба — то, что обычно он помещен на щите. Гербовое изображение, помещенное на печати или монете без щита, превращается из герба в эмблему или, можно сказать, в часть герба, геральдическую фигуру.

 

Афинская тетрадрахма, около 490 года до н. э.

Рисунок 1. Афинская тетрадрахма, около 490 года до н. э. [wikipedia]

 

Эмблемы того или иного феодала или города, помещенные на монетах, часто возникали как «говорящие» изображения. Такие изображения известны еще на древнегреческих монетах, например, на архаических монетах Афин VI в. до н. э. (амфора, сова, колесо, голова быка и др.) (рис. 1) В немецкой литературе подобные монеты называются обычно «монетами с гербами» (Wappenmiinze, нем. Wappen — герб), так как ранее считались монетами с эмблемами различных городов. Однако А. Н. Зограф полагал, что английскому нумизмату Зельтману «удалось со значительной долей убедительности доказать, что очень разнородные по сюжетам изображений, но весьма единообразные по фактуре афинские серебряные монеты VI в. ... воспроизводят гербы различных аттических родов». В качестве примеров говорящих типов монет, т. е. с изображениями животных и предметов, название которых совпадает с именем города, можно назвать — тюленя в Фокее, козы в Эгах, листа сельдерея в Селигунте, плода граната в Сиде, розы (цветка граната) на острове Родос и т. д. Такой же предгеральдический характер имеют магистратские символы греческих и римских монет. В средние века подобного рода эмблемы, «говорящие изображения», появляются на монетах раньше изображений гербов, уже в X—XI вв.: молот (нем. Hammer) в Гаммерштейне, надвратная башня, ворота, вход (лат. Janua) в Генуе, изображение башни (фр. Tour) в Туре.

После 1200 г. на монетах западноевропейских государств все чаще встречаются гербовые изображения. Даже Французская революция конца XVIII в. и распад Священной Римской империи, формальное завершение которого приходится на 1806 г., не привели к исчезновению геральдики, но переместили центр тяжести с дворянских гербов на государственные и городские. В России появление двух важнейших государственных эмблем, основных частей дореволюционного государственного герба — всадника и двуглавого орла — прослеживается на монетах и печатях. Н. А. Соболева пишет об этих исторических источниках: «Скудность документальных известий о русских государственных эмблемах и почти полное отсутствие письменных свидетельств о становлении в качестве символов Русского государства тех или иных образов восполняются такими важными источниками, как печати и монеты, которые тоже служат Носителями знаков государственной власти и фиксируют более или менее полно процесс появления и развития ее символов».

Изображение ездца — всадника с соколом (сокольника), с мечом или копьем — появляется сначала на печатях. Изображения всадника с мечом мы видим на некоторых печатях Александра Невского (1236—1240, 1241—1263) и князя Юрия Даниловича (1318—1322), сокольника — на печатях Андрея Александровича (1281—1283, 1294—1304). Всадник, вооруженный копьем, изображен на печатях 1390 и 1401—1402 гг. князей Василия Дмитриевича и Василия Васильевича. На русских серебряных денгах изображение всадника появляется значительно позже. Так, сокольника — через столетие, в период правления Василия Дмитриевича (1389—1425), т. е. тогда, когда изображение всадника — «ездца» приобретает на печатях наследственный характер, превращаясь фактически в герб или, точнее, в геральдическую фигуру. Несколько иное хронологическое соотношение между изображением на монетах и печатях всадника с копьем и развевающимся сзади плащом, поражающего дракона. Такое изображение можно видеть и на монетах великого князя Московского Василия Дмитриевича (рис. 2). Подобный сюжет занимает одну из сторон двойной печати Ивана III, датируемой, как мы знаем, 1497 г. Как правило, печать служила образцом для монеты, а не наоборот. Само изображение на монете рассматривалось в средневековой Руси как «печать великого князя». Надпись такого рода («печать великого князя», «печать князя...») нередко можно прочесть на русских денгах XIV—XV вв.

 

Денга великого князя Московского Василия Дмитриевича, денежный двор г. Москвы

Рисунок 2. Денга великого князя Московского Василия Дмитриевича, денежный двор г. Москвы

 

Хронология появления гербов на печатях и монетах других стран подтверждает эту закономерность. Так, английский герб появляется на печатях короля Ричарда I Львиное Сердце в конце XII в., на монетах же — почти на полтора столетия позже. Можно предположить поэтому, что еще до упомянутой печати Ивана III существовала печать (или печати) с «ездцом», поражающим копьем дракона. Большинство современных авторов нумизматических работ видят во всаднике изображение великого князя. М. П. Сотникова, однако, допускает временное появление на денгах Василия Дмитриевича изображения Георгия Победоносца. С 1534 г. в ходе денежной реформы неизменным изображением денги-«новгородки» стал «ездец» с копьем, а на более легких монетах — «московках» — «ездец» с мечом. Именно от этого изображения копья некоторые нумизматы выводят название монеты — «копейка». Только в начале XVIII в. «ездец», поражающий дракона, осмысливается как св. Георгий. «В 1718 г. на серебряных алтынниках и копейках под острием копья появился — в первый раз на монетах XVIII в. — змей, ставший с 1727 г. непременной деталью монетного типа. Святой Георгий вытеснил своего двойника — царя».

 

Иван III и его печать. 1497 г.

Рисунок 3. Иван III и его печать. 1497 г.

 

Теперь возвратимся к двойной печати 1497 г. Ивана III (рис. 3). На одной стороне ее, как мы уже знаем, изображен «ездец», на другой — двуглавый орел. В ряде работ его появление- как геральдической фигуры связывается с женитьбой Ивана III на византийской принцессе Софье Палеолог (1472). Возможно, происхождение этого символа русской государственности имеет и другое объяснение. Н. А. Соболева, опираясь прежде всего на работы А. В. Орешникова, считает: есть основания предполагать, что знакомство «Руси с двуглавым орлом произошло еще до создания печати, привешенной к грамоте 1497 г.» Едва ли можно учитывать при датировке появления изображений двуглавого орла «нечто подобное двуглавому существу» на русских монетах XIV в. Денга тверского князя Михаила Борисовича (1461—1486) с изображением двуглавого орла относится к самому концу его правления — концу 70-х — началу 80-х гг. XV в. Как показал исследователь медных русских монет конца XV—XVI в. П. Г. Гайдуков, московские, новгородские и псковские пулы с изображением орла (все они малого веса) могли чеканиться не ранее 1478 г., а скорее всего — в 80-х гг. XV в. Таким образом, кроме не очень убедительного предположения А. В. Орешникова об изображении двуглавого орла еще на монетах XIV в., все другие факты не говорят об изображении орла на русских монетах ранее 1472 г. Однако населению Восточной Европы изображение двуглавого орла было знакомо уже в XIV в.: оно помещалось, например, на джучидских монетах Джанибекхана (1339—1357) и анонимного чекана, датируемого 1358—1380 гг. Пока невозможно связать чекан Золотой Орды с двуглавым орлом с таким же русским чеканом — между ними существует разрыв в целое столетие. Можно только напомнить два обстоятельства. Об одном пишет С. А. Янина. Она полагает, что время Джанибека было периодом расцвета денежного обращения в Золотой Орде, и косвенным указанием на это служит популярность монет Джанибека в обращении в течение очень долгого времени после его смерти. Другое обстоятельство — изображение двуглавого орла как у джучидов, так и в русских княжествах характерно для медных монет. Скорее всего, после женитьбы Ивана III византийская эмблема попала на уже подготовленную почву.

В печати Ивана III 1497 г. пока еще механически были соединены два важнейших компонента русского государственного герба — орел и «ездец». Но на золотой вислой печати 1562 г. «ездец» уже изображается на груди орла. Такое же геральдическое изображение появляется на золотом в 5 угорских Ивана IV (1533—1584), датируемом временем после 1563 г., и на ряде других, более поздних золотых-наградных. Среди монет, предназначенных для денежного обращения, орел помещен на рублях и полтинах Алексея Михайловича и, наконец, стал обычным со времени Петра I. На груди орла, как правило, гербовый щит с изображением Георгия Победоносца, рассматриваемый как герб города Москвы. На монетах России с начала 30-х гг. XIX в. на крыльях орла изображалось 6, а затем 8 местных гербов. На ряде монет XVIII в. как самостоятельное изображение помещались местные гербы: герб Москвы (на некоторых монетах 1718—1743 гг. и 1757—1796 гг.), Петербурга (на пробном пятаке 1757 г.), Царства Сибирского (на пробном пятаке 1757 г. и новодельных сибирских медных монетах 1764 г.), Риги, Ревеля (Таллинна) (на ливонезах — монетах для прибалтийских провинций в 4 и 2 копейки 1756—1757 гг.), герб Пруссии на монетах для этой территории 1759—1762 гг., а также гербы Молдавии и Валахии на монетах для этих княжеств, чеканенных в 1771—1774 гг. Конечно, эмблемы различных русских княжеств появились на монетах значительно раньше, можно сказать, почти сразу после возобновления монетной чеканки во второй половине XIV в. Такова, например, Ф-образная тамга на монетах Великого княжества Рязанского и Пронского удельного княжества. Примерно к этому же столетию относятся территориальные гербы Польши, изображенные на монетах. Еще раньше и обширнее представлены территориальные, местные, городские гербы на монетах Италии, Франции, Германии.

Эмблемы, геральдические фигуры были, безусловно, символами культурных, политических и религиозных воззрений своего времени, территориальных претензий и приращений, отражали смены правителей и династий, заключения союзов, как брачных, так и государственных.

По мнению одного из исследователей французского герба, знак лилии как символ нежности и непорочности был связан с поклонением Деве Марии. Ей была посвящена не только дворцовая капелла французских королей, но и знаменитый Собор Парижской Богоматери. Боевой клич королей Франции «Нотр-дам, Монжуа, Сен-Дени» начинался с ее упоминания. Официальное место в гербе французских королей лилия заняла в конце XII в., в XIII в. число лилий уже твердо регламентируется: в гербе Франции они изображаются по три. Это опять характерный для феодальной эпохи христианский символ троицы, да и каждая геральдическая лилия состоит из трех лепестков, что, вероятно, имеет такое же значение. Гербовый щит со многими лилиями появляется на л. с. золотого экю Людовика IX (1226—1270), Филипп VI Валуа начал чеканить монету с изображением гербового щита с тремя лилиями, просуществовавшего вплоть до XIX в. Его мы видим на монетах Людовика XVIII (1814—1824) и Карла X (1824—1830).

 

Нобль Эдуарда III

Рисунок 4. Нобль Эдуарда III

 

Мы уже упоминали о появлении герба на монетах Англии. Его развитие прослеживает американский историк Джеймс Сполдинг. Впервые герб был здесь изображен на золотых монетах 1344 г. — на половине золотого флорина («леопарда») и на ноблях (рис. 4). Характерным для английских монет является то, что до короля Генриха VII (1485—1509) гербовые изображения помещались исключительно на золотых монетах. В 1544—1547 гг. на соверенах и полусоверенах были введены держатели герба: справа — лев, слева — дракон. В дальнейшем герб Англии отражал различные династические, политические и территориальные изменения. В связи с браком (в 1554 г.) королевы Марии Тюдор (1553—1558) и Филиппа Испанского (будущего — с 1556 г. — короля Филиппа II) герб Англии соединяется, хотя и ненадолго, с гербом Испании. В 1603 г. вступление на престол Якова I (1603—1625), представителя новой (шотландской) династии Стюартов, привело к изменению королевского герба: 1-е и 4-е поля занимали гербы Англии и Франции, 2-е — Шотландии (лев) и 3-е — Ирландии (арфа). В период Английской буржуазной революции, при Оливере Кромвеле четырехпольный щит делился следующим образом: 1-е и 4-е поля — крест св. Георгия, 2-е поле — Андреевский крест Шотландии и 3-е поле — арфа Ирландии. Хотя вскоре после реставрации Стюартов гербовый щит заняли старые гербы Англии, Франции, Шотландии и Ирландии, однако с 1672 г. начался выпуск медных монет с изображением сидящей женской фигуры Британии, держащей щит с наложенными друг на друга крестом св. Георгия и Андреевским крестом. В 1801 г. при провозглашении «Соединенного королевства Великобритании и Ирландии» к ним был добавлен еще крест св. Патрика — патрона Ирландии. Наложенные друг на друга на синем фоне эти кресты составляют до настоящего времени национальный флаг Великобритании, в просторечии называемый «Юнион Джек» (Union Jack). Некоторые изменения в английский герб вносились в правление Вильгельма III (1689— 1702) — представителя Оранского (Нассау) дома. При вступлении на престол ганноверского курфюрста Георга I (1714—1727) четвертое поле английского гербового щита занимается гербовыми фигурами его германских владений (Брауншвейг, Люнебург, Вестфалия).

В 1801 г., после отказа английских королей от титула короля Франции изображение лилий исчезает с английского герба. Со времени королевы Виктории (1837—1901) эмблемы Ганноверского дома, до этого помещавшиеся на срединном щитке, также исключаются из геральдической композиции. Основные эмблемы, входившие в состав английского герба, на монетах иногда помещались на отдельных щитках, образующих простой или Андреевский крест или букву V (в правление Виктории). При королеве Елизавете II (с 1952), кроме традиционного четырехпольного гербового щита на полукронах 1954—1967 гг., мы видим на кроне 1953 г. и 5 шиллингах 1960 г. четыре гербовых щита, расположенных в виде Андреевского креста (гербы Англии, Шотландии, Северной Ирландии и Уэльса). При ней же чеканятся два типа шиллингов: одни с однопольным гербом Англии, другие — Шотландии. После 1971 г. гербовые изображения практически отсутствуют на монетах.

 

Герб Саксонии (1739 г.)

Рисунок 5. Герб Саксонии (1739 г.)

 

Еще сложнее гербовые изображения на монетах германских государств XVI—XIX вв. (рис. 5). Многопольные гербовые щиты, время от времени менявшиеся эмблемы сложны для атрибуции и требуют использования специальной литературы.

Подводя итоги вышеизложенному, можно сказать, что монеты, на которых на протяжении многих веков изображались эмблемы и гербы, являются одним из важнейших источников геральдики как исторической дисциплины. Это значение нумизматики для геральдики подчеркивалось уже в начале нашего столетия.

С другой стороны, определение, а особенно атрибуция монет очень часто невозможны без привлечения других геральдических источников: печатей с изображением гербов, оружия с геральдическими украшениями, миниатюр, живописи, надгробий с гербовыми изображениями, средневековых гербовых книг. Но такие геральдические источники, конечно, привлекаются современными нумизматами только в редких случаях. Обычно пользуются справочниками как универсального характера, так и воспроизводящими и объясняющими гербы того или иного государства, той или иной территории. Для повседневной работы с гербами на монетах имеется специальный нумизматический гербовый словарь немецкого ученого В. Рентцмана (1824—1880), вышедший первым изданием в 1876 г., а затем переиздававшийся.

Источник: Потин В. М. "Монеты. Клады. Коллекции: Очерки нумизматики". Санкт-Петербург, 1992 г.

Автор: Потин В. М.

 
Включить полную версию сайта