Главная / Библиотека / Статьи / Еще раз о «траурном» рубле

Еще раз о «траурном» рубле

Еще раз о «траурном» рубле

Генрих Бухгольц. Портрет Екатерины I

Рисунок 1. Генрих Бухгольц (1735— 1781). Портрет Екатерины I. Холст, масло

 

Необычный для российской нумизматики портрет императрицы на рублевике 1725 года неизменно привлекает внимание коллекционеров (рис. 2). Относительная редкость и довольно высокая цена монеты традиционно подогревают собирательский интерес. И.Г. Спасский назвал портрет Екатерины I, изображенный на рублевике, наиболее «интимным», считая, что императрица на нем выглядит «по-домашнему» - без короны и других регалий. «У любителей - продолжал автор, — нашлось название для таких рублей - «траурные».

 

Рубль Екатерины I, 1725 г. «Траурный»

Рисунок 2. Рубль Екатерины I, 1725 г. «Траурный»

 

Сленговый термин «траурный», видимо, намертво приклеился к рублевику, хотя происхождение монеты не имеет никакой связи с печалью и скорбью. В.В. Уздеников полагает, что название «траурный» появилось на слуху нумизматов с легкой руки неизвестного коллекционера XIX века и, по всей видимости, связано с особенностями оформления монеты: на лицевой стороне изображена Екатерина I, портрет которой не отвечает привычным требованиям парадности, поскольку лишен короны, орденской ленты и звезды. Якобы столь скромный наряд императрицы был призван свидетельствовать о ее глубоких душевных переживаниях в связи со смертью мужа и императора Петра I. В.В. Уздеников, характеризуя портрет, пишет, что Екатерина I «изображена... в простой одежде и с очень скромной прической... Все эти особенности, — продолжает автор, — вполне можно признать за знаки траура по недавно усопшему императору и супругу. Какого-либо другого объяснения явной неординарности портрета Екатерина I на «траурном» рубле пока не существует». Позднее В.В.Уздеников указывает, что «портрет императрицы на этой монете не несет особой смысловой нагрузки». Далее, автор, ссылаясь на новейшие исследования А.В. Храменкова, развивает мысль: «Его (портрета) появление на монетах массового выпуска объясняется лишь отсутствием в то время обязательной процедуры утверждения монет нового образца, разрабатываемых при смене царствования. Портрет Екатерины I без царских регалий, «сочиненный» гравером, изготовившим штемпель, был помещен на аверсе рублевиков, которые начали чеканить без ведома Сената и без одобрения императрицы».

Проведенные исследования и аналитические аргументы уважаемых авторов, несомненно, обогащают наши представления о монетном производства в период смены царствования в 1725 году и позволяют сделать важный в рамках настоящей работы вывод: высочайшего волеизъявления по поводу чеканки рублевика с «траурным» оформлением не было. Однако авторы не объясняют и не раскрывают причину появления столь необычной для российской нумизматики монеты. Иными словами, прямых или косвенных свидетельств о том, что романтическая композиция на монете ничего не имеет общего с трауром, по-прежнему нет. Наоборот, можно предположить, что в условиях отсутствия строгих регламентаций со стороны вышестоящих инстанций, траурную атмосферу на рублевике мог «сочинить» медальер в угоду императрице и ее приближенным.

Не только развенчать миф о романтических истоках «траурного» рублевика, но и расшифровать причины его появления помогают иконографические методы. Казалось бы, самым простым доказательством является иконографическая близость изображения Екатерины на «траурном» рублевике и коронационном жетоне, который иногда всплывает на поверхность нумизматического материала (рис. 3).

 

Коронационный жетон Екатерины I, 1724 г.

Рисунок З. Коронационный жетон Екатерины I, 1724 г. Подлинность вызывает сомнения

 

Не надо быть выдающимся физиономистом, чтобы увидеть большое иконографическое сходство портрета на рубле и коронационном жетоне. Отсюда вытекает вывод: маловероятно, чтобы художник решил оформить лицевую сторону памятных миниатюр, посвященных диаметрально противоположным по психоэмоциональной напряженности событиям — коронационному празднику и трауру — с использованием одинакового портрета. Более того, казалось бы, появление исследуемого портрета на жетоне связано с более ранними событиями, далекими от траурных церемоний. Интрига заключается в том, что упомянутый коронационный сувенир не может служить объективным доказательным фактором, поскольку его подлинность, увы, вызывает сомнения.

На помощь приходит другой нумизматический объект — монеты королевы Анны — последней из династии Стюартов, находившейся на английском престоле с 1702 по 1714 год. Портрет чеканился на монетах и памятных медалях много лет и никоим образом не был связан с траурными событиями (рис. 4 и 6). Автором портрета Анны был Джон Крокер (John Crocer), создавший подписанные им памятные медали в честь союза Англии и Шотландии, а также в память ряда батальных побед.

 

Английская крона королевы Анны 1713 г.

Рисунок 4. Английская крона королевы Анны, 1713 г.

 

Поражает единство средств изображения королевы Анны на кроне и императрицы Екатерины I на рублевике. Сходная композиция свидетельствует о знакомстве российского мастера с западными образцами малой пластики. Видимо, в этом и заключается истинная причина появления рубля с характерным решением образа императрицы. Другими словами, портрет на «траурном» рублевике — результат влияния европейского медальерного искусства. Остается заметить, что обмен идеями и изобразительными приемами был и остается обычным явлением в художественных мастерских. Житель туманного Альбиона и создатель кроны опередил время и отошел от помпезной пышности барокко, свойственной скульптуре того времени, заменив декоративные устремления утонченной сдержанностью. Этот смелый шаг смог по достоинству оценить анонимный медальер, работавший на российском монетном дворе, который творчески, как и положено уважаемому художнику, подошел к воплощению британской идеи в металле русских монет. Была изменена и украшена нитями из драгоценных камней (скромная?!) прическа, шее придана долженствующая длина и грациозность. Сохранилось тонкой фактуры (простое?) открытое платье, живописные складки которого перехвачены брошью на груди. На свою беду российский автор портрета неоправданно ограничил круговой замкнутой надписью пространство для изображения, отчего глубина рельефа и тонкость прорисовки изображения значительно уменьшились и потому утратили великолепие первоисточника.

Автор «траурного» рубля не известен. Скорее всего, медальером, который интерпретировал на плоскости монетного кружка европейское видение русской правительницы, был А. Шульц. Приглашенный на российский монетный двор датский медальер в 1724 году заключил контракт на 6 лет. Известен скульптурный профиль Екатерины I, выполненный А. Шульцем, который отдаленно напоминает композиционное построение аверса «траурного» рублевика (рис. 5).

 

Антон Шульц. Портрет Екатерины I

Рисунок 5. Антон Шульц. Портрет Екатерины I. 1720-е гг. Цемент. Диаметр 35

 

Данная работа интересна еще и тем, что с ее помощью, используя иконографические сопоставления, можно попытаться найти дополнительные косвенные доказательства, свидетельствующие о том, что автором «траурного» рубля был А. Шульц. Для этого необходимо сравнить упомянутый профильный портрет Екатерины I с изображением королевы Анны на памятной медали (рис. 6).

 

Английская королева Анна, 1702-1714 г.

Рисунок 6. Английская королева Анна, 1702-1714 г. Серебряная медаль 1702 г. в честь серии побед (взятие крепостей и городов на реке Маас). 36,69 мм.

 

Не правда ли, на портретах много общего. Помимо единого композиционного построения работы близки даже деталями. Форма короны, прическа, оголяющая часть уха, кокетливый локон на левом плече, выполненные в мягкой лиричной манере, указывают на творческое заимствование Шульцем стиля и принципов пластического решения персонажа. Почерпнутые из иностранных источников выразительные приемы были призваны по-новому с жизненной правдивостью подчеркнуть парадную репрезентативность правительницы.

Уже цитировавшаяся работа В.В. Узденикова с ссылками на исследования А. В. Храменкова содержит и другие интересные сведения, имеющие прямое отношение к портрету императрицы на «траурном» рубле: «... спустя некоторое время этот портрет был решительно забракован и заменен другим - со всеми регалиями. Что же касается уже выпущенных рублевиков с неприемлемым портретом, то было даже решено негласно изъять их из обращения ...». К чему такая решительность и негласные запретительные меры? Ответ на этот вопрос может быть следующим. Прекращение чеканки и последующее, к счастью невыполненное, изъятие из обращения рублевиков было связано с политическими причинами. Известно, с какими трудностями взошла на трон Екатерина I. Многие не хотели признавать неродовитую супругу умершего императора царицей. Поэтому ее изображение на «траурном» рубле в «простом» платье без царских регалий могло сигнализировать окружению и подданным о том, что на престоле оказалась случайная простолюдинка. Пропагандистский эффект мог быть велик и непредсказуем — рублевики чеканились сотнями тысяч штук. Такой черный пиар был Екатерине и ее приближенным не нужен, отсюда проистекают запретительные меры. В итоге крамольный рубль был изготовлен в ограниченном количестве, что обеспечило ему редкость, а необычное оформление - славу.

Ряд любопытных фактов, в своем большинстве подтверждающих изложенные выше положения, а также открывающие новые обстоятельства чеканки «траурных» рублевиков можно почерпнуть из материалов, опубликованных А.В. Храменковым.

В последние несколько лет среди коллекционеров и, к сожалению, представителей известных торговых домов термин «траурный» рубль стал применяться по отношению к некоторым «солнечным» рублевикам Петра I. Следует отметить абсурдность такой тенденции, - каких-либо предпосылок, научных или фантазийных для такого рода определений нет.

Источник: Петрунин Ю.П. "Монеты императрицы Екатерины I". Таллин, 2011 г. 

Автор: Юрий Петрунин